Юрий Львович Гашек, который является одним из создателей экопоселения и помогает сельчанам Павлодарской области выращивать леса, рассказывает, как начал понимать Землю и как вынужден сейчас подстраивать свою озеленительную работу под изменение климата.
Беседовала Алия Веделих специально для Ecostan News. С нами также была Светлана Могилюк, которая помогла организовать эту встречу и разобраться в ситуации с озеленением в регионе.
![](https://ecostan.rocks/wp-content/uploads/2024/07/gashek_ecostan-300x300.jpg)
БЕЗ ПОНИМАНИЯ ЗЕМЛИ НЕ БУДЕТ ПРОСВЕТЛЕНИЯ
Началось с того, что мы просто хотели жить для себя любимых, чтобы наша жизнь была комфортной. Мы начали высаживать лес для себя, всё получалось. Когда уже больше стали общаться с землёй, начали понимать: что Земля тоже живая, что у неё есть свои чувства, свои эмоции. Кому-то она может помочь, кому-то не может.
![](https://ecostan.rocks/wp-content/uploads/2024/07/gashek_ecostan15-1024x654.jpg)
Пришло понимание, что делать-то надо, оказывается, не для себя, а для Земли. Она ведь настолько добра, что и так нам, людям — своим детям, всё отдает. Уже тогда мы своё мировоззрение стали немножко подтачивать и думать о том, что можем сделать именно для Земли. Не сразу у нас нашлись ответы на этот вопрос.
Сначала пробовали чисто в теоретической части это понять, какую-то информацию находили, пытались свою духовность поднять. Но, опять же, без привязки к работе на земле.
Просветляешься, просветляешься, а в итоге каждый день пакетик мусора выкидываешь. Какой смысл от такого просветления?
Через год-другой поняли, что смысла нет достигать просветления, если ничего доброго ты при этом не делаешь. Как скажем, просветляешься, просветляешься, а в итоге каждый день пакетик мусора выкидываешь. Какой смысл от такого просветления? Да никакого, только один сплошной вред.
Поэтому все эти просветления мы стали увязывать непосредственно с работой на земле. Когда мы так к этому подошли, тогда это уже была бомба, и для душевного состояния тоже: ведь ты уже не потребитель какой-то, а творец прекрасного и на века. Мы поняли ценность того, чтобы оставлять цветущие сады для потомков, а не счета в банках, которые то сгорают, то инфляция съедает.
ДЛЯ МАСШТАБНОГО ОЗЕЛЕНЕНИЯ НУЖНЫ РУКИ
В ярмарке социальных проектов мы участвовали намного позже. Мы были или трусливы или скромны — не знаю, как-то боялись о себе заявлять. Светлана Владимировна (Могилюк С.В., руководитель павлодарской экологической организации “ЭКОМ” и известный в Казахстане общественный деятель — прим. ред.) нас вытянула. Сказала, что об этом должны знать и другие.
Так бы мы сидели и делали своё дело — как говорится, добрые дела делаются тихо, да?
Светлана Владимировна разъяснила нам, почему нужно вовлекать общественность. Потому что мы, три, пять, десять экологов, проблему не решим, и без поддержки населения, без знаний, без опыта у нас не хватит рук. А ведь все пользуются Землёй и, значит, все должны участвовать в её восстановлении.
Надо как можно больше людей привлечь, показывать им что-то реальное. Об экологии говорилось много, а какой результат? Показать-то особо было нечего.
![](https://ecostan.rocks/wp-content/uploads/2024/07/gashek_ecostan22-1024x654.jpg)
![](https://ecostan.rocks/wp-content/uploads/2024/07/gashek_ecostan20-1024x654.jpg)
Мы стали тем примером, той организацией, у которой теперь есть, что показать. У нас любимая тема сейчас “было-стало”: показывать контрастные фотографии, доказывающие, что это возможно, что Земля очень отзывчивая. На сегодня мы вырастили и раздали десятки тысяч саженцев.
Об экологии говорилось много, а какой результат? Показать-то особо было нечего.
АДАПТАЦИЯ К МЕНЯЮЩЕМУСЯ КЛИМАТУ
В связи с изменением климата пришлось менять и используемые нами методы озеленения. То, как мы сажали деревья раньше, даже пять лет назад — сегодня так выращивать не получается. На данный момент это уже слишком заметно. Назрела необходимость корректировать подходы, и мы переориентировались ещё и в выборе видов деревьев.
Если раньше нам было позволительно какие-то интересные деревья вырастить, сейчас мы видим, что они в этом климате не тянут. Не надо мучить ни их, ни Землю-мать. Наш выбор видов деревьев, которые мы можем вырастить, сужается, и это печально. Но мы даже за оставшееся цепляемся — понимаем, что это будут деревья-первопроходцы, а потом будет всё лучше и лучше.
Почему-то людям трудно понять то, что я им говорю… Вот сегодня у нас земля коричневая, тёмная. Солнце её сильно разогревает и это работает как фен: слишком разогретый воздух поднимается вверх, он разогнал облака, в итоге нет дождей. Когда земля зелёная, покрыта деревьями, она ведь прохладная — Солнце её не перегревает, эффект фена не работает — пролетающие тучи затормаживаются. А ещё и листья растений очень сильно задерживают влагу, они же собирают её с проходящих ветров.
![](https://ecostan.rocks/wp-content/uploads/2024/07/gashek_ecostan18-1-1024x654.jpg)
Как деревья выживают, когда в почве нет влаги? Они собирают её из влажного воздуха, то есть идет процесс всасывания. Почему в поймах больше дождей? Потому что здесь охлаждённое место — здесь какие-то деревья, речка, постоянно дожди идут. Только отъехали 50 км от поймы — всё, дождей нет. Потому что здесь включился фен, который устроили мы, люди.
Он включился не сам по себе, а потому что всё спилили. Потом пришли лошади, поели, потом прошли коровы, потом бараны — вообще всё дощипали. И уже остался один песок. Вот что с нашими почвами сегодня происходит. И мало того, что деревьев — ещё и травы у нас в Казахстане деградируют. А потом ещё распахали с излишками для того, чтобы на экспорт вырастить продукты.
В Казахстане вообще пахать нельзя — вы, наверное, уже слышали об этом, да? Это постоянная ветровая эрозия, к тому же земля ещё темнее становится — ещё больше нагревается, ещё сильнее включается фен, и начинается процесс опустынивания. Надо этот фен выключить, но он же не просто кнопкой выключается. Мы понимаем, что этой кнопкой является как раз процесс озеленения.
Мы на практике видим, как меняется климат и вынуждены приспосабливаться к этому. Если раньше можно было понадеяться на дождик, то сегодня ничего само собой не вырастает. Нужно, чтобы поблизости был источник воды.
Если раньше можно было понадеяться на дождик, то сегодня ничего само собой не вырастает.
В наших климатических условиях дерево надо поливать раз неделю. Не могу сказать, сколько это обходится в денежном выражении, но объём, необходимый для одного полива, — 10 литров. Для наших деревьев этого достаточно.
Вторая адаптационная мера — мы добавили мульчирование, это для влагосбережения и оздоровления почвы. Используем и природные, и синтетические материалы. Синтетические — неэкологично, но зато просто. Из натуральных используем старое сено, опилки, любые отходы с огорода.
Третье — это подбор более засухоустойчивых видов деревьев. И ничего страшного, что они не столь декоративные — красивым деревьям становится сложнее в наших климатических условиях.
![](https://ecostan.rocks/wp-content/uploads/2024/07/gashek_ecostan19-1024x654.jpg)
Мы начали корректировать виды деревьев. Если раньше у нас любимой была сосна, она нам казалась самой засухоустойчивой, мы с неё начинали, и она, действительно, хорошо пошла, то на сегодняшний день мы уже поняли, что она для города не очень подходящая. Её вокруг города можно садить, а внутри города она тяжело переносит загазованность, запыленность. Мы стали думать, что же другое можно высаживать.
Были варианты сажать павлонии, про них пишут хорошее. Но когда столкнулись с практической стороной дела, поняли, что всё это не нужно. Надо высаживать деревья исключительно из своего региона, которые произрастают плюс-минус 500 км от вашего места. Не надо никаких елей, канадских клёнов — зачем? У нас есть наши родные татарский клён, ивы, тополя-первопроходцы.
Надо высаживать деревья исключительно из своего региона, которые произрастают плюс-минус 500 км от вашего места.
Люди не любят пуховые тополя, а я их очень люблю, я им очень благодарен. А то, что мы болеем от них — это наш образ жизни: мы довели себя, 50 лет назад люди от них не болели… Я никого не осуждаю, но я тополя пуховые не высаживаю, потому что люди их просто не возьмут.
Пирамидальные тополя хорошо подходят для дела озеленения, хотя они не долгожители, и это минус. Но как первопроходцы очень хороши.
Мы сейчас сузили ассортимент деревьев, рекомендуемый для ветрозащитных полос, до клёна и вяза. Вот два дерева, которые помогут нам в сегодняшней действительности. Мы пришли к выводу, что именно их надо массово культивировать и высаживать. Это те деревья, которые будут расти и сами себя обеспечивать. В течение пяти лет за ними поухаживал, дальше они сами.
Клён и вяз — это те деревья, которые будут расти и сами себя обеспечивать. В течение пяти лет за ними поухаживал, дальше они сами.
Не надо гоняться за какими-то сверхкрасивыми деревьями. Сегодня у нас такая действительность, что это не актуально, это слишком затратно. Перед акиматом можно, конечно, посадить десять ёлок и как-то их притенять — это нормально. Но если мы говорим о массовом озеленении, то не надо, этого не получится: слишком большой расход ресурсов для ухода за ними. Это тоже не принесёт Земле благо. Нам же надо, наоборот, уменьшить расход ресурсов. Надо, чтобы ресурсы эти воспроизводились, а не тратились безвозвратно.
ЛЕСОРАЗВЕДЕНИЕ — ЭТО ВКЛАД В БУДЕЩЕЕ
Наши ресурсы недолговечные. Нефть, уголь, уран не воспроизводятся, а лес — это такой ресурс, который сам себя воспроизводит. Он всё шире, краше, если его поддерживать. Появляются уже и дрова, и строительные материалы, и лекарственные травы, ну и влага появляется.
Лес — это тот ресурс, который сам себя восполняет, но, конечно, мы должны эту кнопку включить, запустить эту программу. Мы её называем программой вечности: посадил дерево, поухаживал, и потом оно пошло, само собой развивается, лес ширится. На это, конечно, сотни, тысячи лет нужны, но если мы сегодня не начнём, то через сотни, тысячи лет леса не будет и нас не будет. Выиграет та страна, в которой будут воспроизводимые ресурсы.
Лес — это тот ресурс, который сам себя восполняет, но, конечно, мы должны эту кнопку включить, запустить эту программу. Мы её называем программой вечности.
Светлана Владимирована подсказала, что надо это всё тиражировать. Мы начали искать формы, как это можно сделать.
![](https://ecostan.rocks/wp-content/uploads/2024/07/gashek_ecostan23-1024x654.jpg)
Нам надо на перспективу смотреть. Деревья это же самовосстанавливающийся ресурс, он же на века. А у нас всё вкладывают в добычу — это неправильный подход. В моём понимании, ну как минимум, чтобы было честно, надо один тенге — в добычу, один тенге — в восстановление земельных ресурсов. А иначе мы все в минусе, иначе это воровство у будущих поколений. Хотя ещё правильнее было бы: один тенге — в добычу, два тенге — в восстановление.
Хотя ещё правильнее было бы: один тенге — в добычу, два тенге — в восстановление.
Когда мы начали осуществлять раздачу саженцев, то у наших получателей большая их часть погибала. Просто люди, не понимая сути высадки деревьев, делали это для того, чтобы провести какие-то акции, для того, чтобы сделать фотографии, выложить их в интернете — и всё на этом.
Их винить в этом не стоит, это наше упущение. Мы им не разъяснили, что к чему — сами не знали, что люди так могут отнестись. Мы живём в своём зелёном мирке, только о садах-лесах думаем и предполагаем, что все так же живут. Поэтому в начале практически всё погибало.
КОЛИЧЕСТВО VS КАЧЕСТВО
Мы запустили проект “Общественный питомник”, когда у нас уже был опыт: на тот момент мы уже 14 лет занимались посадкой деревьев. Сначала мы эгоизмом занимались, для себя любимых выращивали. Всё вырастили, у нас всё красиво. Ну, а что дальше делать, куда этот опыт? В землю его не закопаешь, тем более, оказывается, он востребован. Мы тогда сказали: “Давайте будем деревья выращивать и помогать другим озеленяться”.
Первый год питомник, конечно, чисто нашими усилиями делался, не думали, что какую-то поддержку можем получить. Сколько смогли, там 100 деревьев раздали, и мы такие счастливые были. А потом вот Светлана Владимировна, при поддержке ЕЭК, устроила у нас ярмарку социальных проектов, мы были приглашены…
СВЕТЛАНА МОГИЛЮК: “В 2018 году мы от Гражданского Альянса Павлодарской области в рамках Ярмарки социальных проектов предложили предприятиям группы ERG экологические проекты НПО нашей области. Отбор проектов для финансовой поддержки осуществляли сами предприятия. ЕЭК — это Евразийская энергетическая компания, в Аксу работает, крупная ГРЭС. Они выбрали проект Юрия Львовича и с тех пор его поддерживают.”
Вот тогда у нас начался, так сказать, количественный прорыв. Почему употребляю слово количественный? Потому что мы резко увеличили объёмы. ЕЭК нам помогла со светом, с водой, мототехникой. Молодцы, спасибо им.
Мы стали выращивать саженцы и стали раздавать до 7 000 штук в год. Бесплатно, на общественные озеленительные акции. Наши деревца хорошо расходились, но потом, когда пришло время мониторинга, мы прослезились, ведь приживаемости нет. И даже не наш труд жалко, а жалко то, что это же дети Земли-матери и что люди их не уберегли. Раздавали-раздавали совершенно на эмоциях, думая, что мы молодцы.
Вот такие качественные показатели получились. Мы почувствовали свою безответственность, хайпанули, конечно, сначала: 7000 деревьев в год раздали, а результата-то нет. Стали менять подходы, стали от людей требовать, чтобы они как-то ухаживали за деревьями.
ОРИЕНТИР НА ПРИЖИВАЕМОСТЬ
На второй волне мы стали выдавать саженцы при условии, что будет уход, под честное слово. Но оказалось, что честное слово врать готово. Люди стали обещать, но в большинстве обещания не выполняли. Тогда мы ещё стали ужесточать наши условия, стали требовать от людей, чтобы они заранее подготовили лунки, заранее продемонстрировали нам систему полива, и только после этого они могли получить от нас деревья.
Мы, конечно, получили кучу негатива из-за своих требований, этот процесс шёл тяжело, с руганью, даже вплоть до угроз, звонков — откуда их только не было. Мы отвечали, что ничего не знаем, что это вы — чиновники, вы и подчиняетесь, а мы люди свободные и можем устанавливать свои правила.
В общем, спустя три-четыре года поменялось у наших людей мировоззрение, и они уже стали относиться к этому с пониманием. А сейчас это уже и объяснять не надо. Мы сразу требуем отчёт по лункам, отчёт по системе полива.
Не могу сказать, что это только наша заслуга. Это заслуга всего экологического сообщества Павлодарской области: всех, кто в этой теме работает, всех, кто объясняет другим, что это необходимо делать. И люди теперь уже вопросов лишних не задают, они находят места, находят ответственных людей, кто действительно будет поливать. И мы уже перешли в качество и уменьшили количество: столько деревьев мы уже не раздаём.
![](https://ecostan.rocks/wp-content/uploads/2024/07/gashek_ecostan25-1024x654.jpg)
В этом году мы раздадим 3000 штук, но, думаю, в перспективе уменьшим до 1000 саженцев в год с повышением качества посадочного материала, передаваемого исклчительно в ответственные руки. Потому что, условно, если мы раздали 7000 деревьев и их приживаемость 10%, выживет 700. А если мы раздадим 1000 и обеспечим приживаемость в 90% мы, то выживут 900. Это намного лучше. К тому же у нас самих не хватает сил выращивать больше. Так мы поставили в приоритет качество.
ПАРТНЁРЫ
Потом уже стали искать партнёров. Партнёры, которых я могу назвать, которые точно у нас есть — в посёлке Ленинском общественное объединение “Камкор”, руководитель Салтанат Закарьяновна. У нас с ними очень положительный опыт сотрудничества. Салтанат Заракарьяновна очень трепетно и ответственно подходит к озеленению, держит всё на контроле.
Просто невероятный подход к озеленению показало село Орловка, это в Щербактинском районе Павлодарской области. Это село абсолютно “лысое”, находится в степи, местные никогда не занимались озеленением. И вот нам удалось с ними подружиться. Сначала моя сестра познакомилась с акимом района, на форуме сельских женщин. Аким услышала о том, что мы занимаемся деревьями, и проявила к этому интерес.
Вот что они сделали: подключили к работе СПК (сельскохозяйственный производственный кооператив — прим. ред.) “Победа”, сделали их партнёрами. После первой высадки им так всё понравилось, что они купили две поливальные машины — это представляете какие затраты? И мы уже стали деревья выдавать сотнями и весной и осенью, и подготовка обалденная. Они и ямобур купили, лунки делают только ямобуром, потому что количество большое.
Сами жители Орловки очень отзывчивые. На посадку все дружно выходят, никакого принуждения. Для нас необычно видеть, как 100 человек тебя встречают, все с лопатами — вот так вот дружно.
Я не знаю, чья это заслуга: местного сообщества или аким такой… Они добились приживаемости, ну, практически стопроцентной… Ладно, девяностнопроцентной, если быть честными. Не всегда виноваты те, кто садят деревья. Иногда и мы сами: подкапываем — корешок случайно подрубим, пока довезли — какие-то комочки растряслись, корни пострадали… Потери всё равно есть при посадке. Но даже 90% приживаемости — это очень высокий показатель.
Очень хорошо у нас саженцы до прошлого года брал Аксуский ферросплавный завод, озеленяли свою зону отдыха. Ролики даже про это сделали. Видно, что гордились своим результатом.
Акиматы у нас берут, образовательные учреждения берут очень много саженцев. Есть взаимодействие с экологической школой в городе Аксу — они очень хорошо работают по озеленению в своём районе. С посёлком Сарышаган работаем.
Неожиданно для себя нашли нового партнёра аж на границе с Карагандинской областью — село Алькей Маргулана. Тоже абсолютно «лысая» деревня, заброшенка — 260 км от города Павлодара, никто на него внимания не обращал.
Они случайно о нас узнали, проявили интерес. Мы сделали там высадку деревьев, провели экоуроки, прошлой осенью организовали питомник. Этой весной продолжили основные работы, чтобы люди сами могли выращивать саженцы — у них есть желание самим себя обеспечивать, их надо просто этому научить.
НАДО УЧИТЬ ЛЮДЕЙ
Вообще, мы сейчас уже начали значительную часть своего времени уделять тому, что учим людей высаживать деревья. Потому что наших двух рук не хватит, чтобы всех обеспечить саженцами. Поэтому мы усиленно ищем тех людей, которые хотят этому обучиться.
Наших двух рук не хватит, чтобы всех обеспечить саженцами
Если пишем проект на малый грант, практически везде прописываем организацию питомников именно в сельских населённых пунктах. Мы туда приезжаем, свой опыт людям передаём: как подготовить место, где брать посадочный материал. Это же не сложно: пойти семечку собрать с дерева или веточки нарезать, в стаканчик поставить, чтобы корешки пустили.
![](https://ecostan.rocks/wp-content/uploads/2024/07/gashek_ecostan26-1024x654.jpg)
Люди все позабывали, что можно и так, думают, что всё надо покупать. Нет, Земля всё бескорыстно даёт. Так заложено, что всё бери, она нам полностью открыта.
Люди все позабывали, что можно и так, думают, что всё надо покупать. Нет, Земля всё бескорыстно даёт.
Мы просто напоминаем людям об этом, о тех знаниях, которые у них, наверное, на генном уровне есть. Мы же все дети одной Матери-Земли. Вот мы просто пробуждаем эту генетическую память в людях — так получилось, что в нас она чуть-чуть раньше проснулась.
В себе этот опыт держать даже преступно — его, конечно, надо тиражировать, пусть люди к этому подключаются. Ещё раз говорю, мы, одни экологи, все проблемы не решим. Вопрос в том, что сегодня каждый человек является потребителем ресурсов земли, значит, каждый должен восстанавливать.
Сегодня каждый человек является потребителем ресурсов земли, значит, каждый должен восстанавливать.
Сейчас у нас четыре сторонних питомника: в Ленинском, в Сарышыганаке, в Маргулане, под Зангаром. Что-то мне кажется, где-то ещё мы делали… четыре точно уже у нас есть. Стараемся в год по питомничку закладывать.
Наша задача на сегодня — привлечь людей, но это не так легко. Я понимаю, что им где-то может и сложно, уверенности не хватает. Мы всем говорим: ”Если не уверены, лучше не делайте. Вред зачем причинять?” Поэтому наша задача состоит в том, чтобы люди узнали о нашем опыте и у них появлялось желание его перенять.
![](https://ecostan.rocks/wp-content/uploads/2024/07/gashek_ecostan16-1024x654.jpg)
В каждом случае отбор партёров происходит так. Во-первых, в сообществе, которое обращается к нам за саженцами, мы ищем заинтересованное лицо, беседуем с ним. По человеку сразу видно, горит он желанием или ему это для формальности. Второе наше требование — до посадки заранее люди должны приготовить лунки, прислать фото- и видеоотчёт. Очень часто мы выезжаем сами на местность, смотрим, где это всё будет, что там рядом. Какое количество лунок мы видим, только такое количество саженцев и даём. Если у нас сделают 10 лунок, а попросят 100 саженцев – такого не будет. Увидели 10 лунок, значит, 10 деревьев вы и получите.
Мы обязательно требуем демонстрацию системы полива. Это может быть либо поливальная машина, либо трубы, либо даже бочка на колесах, которая к трактору цепляется. Либо поблизости должен быть водоём. Обеспечить систему полива — это самое сложное. Из-за этого мы чаще всего отказываем в саженцах.
О ПРЕЗИДЕНТСКОЙ ПРОГРАММЕ ОБЛЕСЕНИЯ
Вот почему не пошёл клич президента о высадке миллиарда деревьев? (высадка 2 млрд деревьев в лесном фонде и 15 млн деревьев в населённых пунктах — часть послания президента Токаева народу Казахстана в 2020 году, эта мера также закреплена в нацпроекте “Жасыл Қазақстан” и Стратегии достижения углеродной нейтральности Республики Казахстан до 2060 года — прим. ред.) А потому что это, как крик в пустыне, инфраструктуры-то ведь нет.
Ну как ты высадишь в нашей стране без инфраструктуры? Мы считаем, что клич должен был звучать так: надо вырастить миллиард деревьев, не высадить, и это разные вещи. Понятие вырастить — это значит продолжить уход за ними.
Мы считаем, что клич должен был звучать так: надо вырастить миллиард деревьев, не высадить, и это разные вещи. Понятие вырастить — это значит продолжить уход за ними.
Нужна государственная программа по созданию инфраструктуры для ухода за деревьями. Ну не будут они сегодня расти без ухода у нас — наши просторы подвержены опустыниванию, это надо учитывать. Идея прекрасная, но её надо просто доработать, какие-то программы прописать, чтобы это делалось через акиматы, через общественные организации, через госсоцзаказ — инструментов, я думаю, в государстве найдётся. Но надо сначала создать инфраструктуру по уходу за вот этими самыми деревьями и, как минимум, в течении пяти лет.
Если ещё несколько лет назад у нас было требование — один год ухода за саженцами, то теперь это три года. Сейчас смотрим, что и трёх лет уже недостаточно. У нас три года нет серьёзных дождей. Климат заметно поменялся, и я думаю, что в западных регионах ситуация ещё хуже — у нас тут всё-таки большая река.
Наша рекомендация: за деревьями нужно ухаживать в течение пяти лет, и начинать планирование любых посадок не с цифры о миллионах, а возможности ухода. Иначе мы и лицо моральное теряем перед Землёй-матерью и ресурсы зря переводим. Это минусовой результат в итоге.
За деревьями нужно ухаживать в течение пяти лет, и начинать планирование любых посадок не с цифры о миллионах, а возможности ухода.
ОБЩЕСТВЕННЫЙ МОНИТОРИНГ
ЭКОМ проводил мониторинг по высаженным деревьям, а я был участником этого процесса. Мы видим, какие деньги тратят предприятия на высадку, и пусть это и не государственные деньги, но всё равно народные. Тысячами, десятками тысяч высаживают деревья, а приживаемость — 3%.
Предприятия тоже винить нельзя, они всё под козырёк доложили, ведь был клич на миллиард — всё, его надо выполнять. Они все отчитались, что посадили, а дальше… В этой программе же нет задачи вырастить. Понятное дело, что мы (автор имеет в виду свою организацию — прим. ред.) не можем указывать президенту или министру, что делать, там другие советники, наверное, есть.
Они все отчитались, что посадили, а дальше… В этой программе же нет задачи вырастить.
Наше пожелание такое, чтобы эта программа была скорректирована. Президент же тоже не может всё знать, он же тоже из опыта многое получает. Сегодняшний опыт Казахстана показал вот такое. Ничего страшного, вот взяли и поменяли, дополнили, исправили. Плохо, когда люди видят ошибку, но не исправляют, а стоят на своём. Это глупо. А когда видят ошибку и исправляют её — это приветствуется, это, наоборот, сила воли.
СВЕТЛАНА МОГИЛЮК: “По законодательству у предприятий должны быть озеленённые санитарно-защитные зоны. У больших предприятий, которые относятся к первой категории, ширина санитарно-защитной зоны должна быть 1 км, с озеленённостью не менее 40%. Ни у одного из наших предприятий в Павлодарской области этого нет. Думаю, что и по стране нет ни у кого. Кроме нашего электролизного завода. У них там, может быть, не 40%, но они реально очень серьёзную работу по озеленению вели. (ссылка на ролик)
Когда самолётом летишь, в сторону города возле Электролизного завода видны зеленые ряды деревьев. У них раньше отдел был, который целенаправленно занимался озеленением. Потом, к сожалению, этот отдел сократили, и сразу началась деградация их лесопосадок. Юрий Львович говорит, что в течение пяти лет нужен уход — ничего подобного. И потом всё время надо поддерживать, потому что деградация берёт верх. Сухостепная зона есть сухостепная зона, тут ничего не попишешь.
Когда несколько лет назад предприятия взялись тысячами высаживать саженцы, мы взялись их мониторить. Потому что когда мы услышали, что одно предприятие 10 тысяч деревьев собирается посадить, подумали, во-первых, где они их возьмут и, во-вторых, как они обеспечат уход, потому что это огромные объемы полива.
Нас поддержал проект Шеврона, благодаря этому мы могли выезжать на мониторинг. Создали общественную группу. Приехали на тот же ЕЭК, а там подобие Арлингтонского кладбища, только из маленьких сосенок. Рядами так вот красиво стоят около тысячи молодых деревьев в шахматном порядке, все сухие.
Мы постоянно повторяем нашим предприятиям: “В деле озеленения не гонитесь за объёмами”. Вот правильно Юрий Львович сказал, что не количеством, а качеством надо брать. Мы столько увидели погибших деревьев за два года нашего общественного мониторинга. Но предприятия продолжают наступать на те же грабли. Спрашиваем: “Зачем вы это делаете?”. Они отвечают, что взяли обязательство. Ну какая эффективность от такого вклада?
Когда этим занимается увлечённый и убеждённый человек, то он костьми ляжет, но свои деревья уходом обеспечит. Мы обычно видим другое — посажено ради освоения бюджета, ради галочки. Эффективность такого озеленения, как говорит Юрий Львович, отрицательная.”
ФИНАНСОВАЯ ПОДДЕРЖКА
Поддержка от Евразийской энергетической группы помогла нам выйти на новый уровень. В Казахстане, наверное, никакая другая компания такого ещё не делала. Дело не в том, что они дали деньги, а в том, на что они их дали. Руководство ЕЭК уже шесть лет назад поняло, что поддерживать надо не просто высадку деревьев, а именно уход. Они нас поддерживают круглый год, потому что знают, что нужно людей сохранить, что надо не просто количеством деревьев брать.
Другим спонсорам нам пока не удалось этого объяснить. Они считают, что достаточно трёх-шести месяцев на реализацию такого проекта… ЕЭК сделала ставку на долгосрочный и намного более устойчивый результат: они понимают, что новые деревья надо поливать, зимой ограждать от сельскохозяйственных животных, потому что если не ограждать, они всё вытаптывают. Нужно охранять, потому что у нас есть наглые люди, которые хотят, к примеру, бесплатную ёлку на Новый год.
С одной стороны, это само собой разумеющееся, что нужен уход, а с другой – это мало кто понимает. ЕЭК не погнались за быстрой славой, а сделали упор на терпение и долгосрочность — за это им большое спасибо.
![](https://ecostan.rocks/wp-content/uploads/2024/07/gashek_ecostan21-1024x654.jpg)